Создатель ChatGPT: История Сэма Альтмана - Кич Хэйги

Кич Хэйги

Создатель ChatGPT: История Сэма Альтмана

Знак информационной продукции (Федеральный закон № 436–ФЗ от 29.12.2010 г.)

Переводчик: Екатерина Иванкевич

Главный редактор: Сергей Турко

Руководитель проекта: Анна Василенко

Арт-директор: Юрий Буга

Корректоры: Мария Смирнова, Елена Аксёнова

Верстка: Кирилл Свищёв

Фотография на обложке: Chloe Aftel / Contour RA / Getty Images

© 2025 by Keach Hagey

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Альпина Паблишер», 2026

* * *

Все права защищены. Данная электронная книга предназначена исключительно для частного использования в личных (некоммерческих) целях. Электронная книга, ее части, фрагменты и элементы, включая текст, изображения и иное, не подлежат копированию и любому другому использованию без разрешения правообладателя. В частности, запрещено такое использование, в результате которого электронная книга, ее часть, фрагмент или элемент станут доступными ограниченному или неопределенному кругу лиц, в том числе посредством сети интернет, независимо от того, будет предоставляться доступ за плату или безвозмездно.

Копирование, воспроизведение и иное использование электронной книги, ее частей, фрагментов и элементов, выходящее за пределы частного использования в личных (некоммерческих) целях, без согласия правообладателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

В книге упоминаются социальные сети Instagram и/или Facebook – продукты компании Meta Platforms Inc., деятельность которой по реализации соответствующих продуктов на территории Российской Федерации запрещена как экстремистская.

Пролог

Теплым ноябрьским вечером 2023 года знаменитый венчурный инвестор Питер Тиль устроил праздничный ужин в честь дня рождения Мэтта Данзайзена. Гости собрались в авангардном японском ресторане YESS, разместившемся в историческом здании банка начала XX века в Арт-квартале Лос-Анджелеса. В просторном зале, напоминавшем древний храм, рядом с Тилем сидел его друг Сэм Альтман[1]. Тиль вложился в первый венчурный фонд Альтмана более 10 лет назад и с тех пор оставался наставником молодого инвестора, ставшего генеральным директором OpenAI и лицом революции в области искусственного интеллекта. Запущенный годом ранее ChatGPT не только вывел акции высокотехнологичных компаний из затяжного пике, но и обеспечил им один из самых успешных периодов за последние десятилетия. И тем не менее Тиль был встревожен.

Задолго до знакомства с Альтманом Тиль взял под крыло другого юного гения, одержимого искусственным интеллектом, – Элиезера Юдковского. Тиль финансировал его исследовательский институт, работавший над тем, чтобы сделать ИИ дружественным к людям прежде, чем тот создаст искусственный разум, превосходящий человеческий. Но, по мнению Тиля, Юдковский превратился в «законченного пессимиста и технофоба», сведя все свои мрачные прогнозы к простой формуле: «Единственное, что нам остается, – ездить на фестиваль Burning Man, ожидая, когда искусственный интеллект явится нас убить». В марте Юдковский опубликовал колонку в Time, где утверждал, что, если не остановить нынешние исследования в области генеративного ИИ, «все население Земли будет в буквальном смысле обречено на гибель»[2].

«Ты даже не представляешь, до какой степени Элиезер промыл мозги половине твоих сотрудников, – предостерег Тиль Альтмана. – Тебе стоит отнестись к этому серьезнее».

Альтман рассеянно ковырял свое вегетарианское блюдо, сдерживая желание закатить глаза. Не в первый раз за ужином Тиль предупреждал его о том, что компанию захватили «эффективные альтруисты» – последователи философского течения, родственного утилитаризму. В последнее время эти ребята переключились с борьбы против глобальной нищеты на предотвращение геноцида человечества взбесившимся ИИ. Тиль не уставал повторять, что «борцы за безопасный ИИ» погубят OpenAI. Он поддерживал компанию с первого дня – сначала субсидировав ее из личных средств в 2015 году, когда она была крошечной некоммерческой лабораторией, а затем, в начале 2023 года, через свой Founders Fund, после того как OpenAI обзавелась коммерческой дочерней компанией для привлечения миллиардных инвестиций от Microsoft и других организаций. Впрочем, Тиль славился своими апокалиптическими прогнозами – как шутили в Кремниевой долине, он верно предсказал 17 из последних двух финансовых кризисов.

«Ну, отчасти так было с Илоном, но мы от него избавились», – ответил Альтман, намекая на неприятное расставание в 2018 году с сооснователем компании Илоном Маском, который как-то сказал, что, создавая искусственный интеллект, мы «призываем демона»[3]. «Потом была история с Anthropic, – продолжил он, имея в виду более десятка сотрудников OpenAI, которые в конце 2020 года, разочаровавшись в Альтмане, ушли создавать собственную конкурирующую лабораторию. – Но и с этим мы разобрались». Теперь в компании работало более 700 человек, и они, как на ракете, неслись вверх, навстречу возможности прикупить себе домик на побережье – в ближайшее время готовилось предложение по выкупу акций у сотрудников, по которому OpenAI оценивалась более чем в 80 миллиардов долларов. Паниковать не было причин.

Альтман давно превратил оптимизм в свою фирменную черту. Впрочем, на его месте кто угодно испытывал бы такое же воодушевление. Похожий на эльфа 38-летний руководитель завершал лучший в своей блестящей карьере год – год, когда его имя гремело повсюду, сенаторы ловили каждое его слово, а сам он встречался с президентами и премьер-министрами по всему миру. И – что в Кремниевой долине ценится превыше всего – создал технологию, которая, похоже, действительно могла изменить все.

В ноябре 2022 года OpenAI запустила ChatGPT – чат-бота с пугающе человекоподобным интеллектом (название расшифровывается как generative pre-trained transformer – «генеративный предварительно обученный трансформер»), который мгновенно стал хитом: сервис привлек 100 миллионов пользователей менее чем за квартал, побив все рекорды скорости роста[4]. А спустя всего несколько месяцев OpenAI представила еще более мощную версию – GPT–4, способную сдать квалификационный экзамен на адвоката и получить высший балл на сложнейшем тесте по биологии. Столь умопомрачительная динамика наводила на мысль, что амбициозная цель компании по безопасному созданию первого в мире общего искусственного интеллекта (AGI) может быть вполне достижима.

Даже самые убежденные скептики – включая профессора информатики из Стэнфорда, который в разговоре со мной пренебрежительно назвал первую версию ChatGPT дрессированной собачкой, – начали смягчать свою позицию. В течение нескольких месяцев, когда американские компании спешно создавали рабочие группы по ИИ, пытаясь оценить потенциальный рост производительности, мы словно шагнули в научно-фантастический рассказ, автором которого был Альтман.

Сам Альтман код не писал. Он был провидцем, вдохновителем новых идей и мастером заключать сделки. Его уникальный дар, отточенный годами консультирования, а затем руководства престижным стартап-акселератором Y Combinator, заключался в умении взяться за практически неосуществимую идею, заразить других верой в возможность успеха, а затем привлечь столько денег, что эта идея становилась осуществимой. «Он единственный среди всех моих знакомых, кто берется исключительно за проекты, способные перевернуть мир, даже если шансы на успех – всего 1%», – говорил